'

Вопросы священнику

Задайте интересующий вопрос прямо на сайте и получите ответ от священника

Полезные материалы

Икона Николая Чудотворца: описание, значение, помощь

Святитель родился около 270 года в древней византийской провинции, в небольшом городе Патара ...

В болезни читают акафист Пантелеимону Целителю

Будущий святой бессребренник целитель Пантелеимон родился в самом конце 3 ...

Как молиться у "Семистрельной" иконы Божией Матери

О молитве к "Семистрельной" иконе Божьей Матери

О чтении акафиста Кресту Господню

Крест рисуют на стенах квартир, ставят его начертание на дверных косяках и оконных проемах

Спасибо что зашли на наш сайт, перед тем как начать чтение вы можете подписаться на интересную православную mail рассылку, для этого вам необходимо кликнуть по этой ссылке «Подписаться»

Это меня интересовало давно, причем, по, так сказать, духовно-личным мотивам. Дело в том, что я был воспитан в семье неверующих, и поэтому вначале был атеистом. Хорошо помню, как в детстве одна моя верующая тетушка, пытаясь обратить меня к вере в Бога, предлагала мне истории из Ветхого Завета. Рассказывала о том, как Господь дал заповеди народу Израильскому, а они Его не слушали. А я, сомневаясь, думал: «Так почему же Бог, если Он Всемогущий, не заставил их слушаться», — что и подпитывало тогда мое неверие.
Лишь значительно позже я узнал о значении свободы в деле спасения человека, и то, что Бог никого не спасает насильно. Вот с тех пор меня сильно заинтересовал вопрос, так что же это за птица такая — человеческая свобода, с которой, якобы, не может справиться даже всемогущий Бог?
В годы своей христианской юности я искал ответ на этот вопрос в философии. И у кого-то, то ли у Спиноза, то ли у Декарта, то ли какого-то другого западно-европейского философа нашел следующее. По-видимому, полемизируя с схоластическим учением о свободе выбора, он говорил приблизительно так (цитирую по памяти): «Свобода состоит не в том, чтобы выбирать между чем-то и чем-то, а в том, чтобы делать то, что я хочу».
Тогда мне это определение понравилось. Но уже значительно позже, познакомившись с христианской философией и православным богословием, я понял, что сей западный мыслитель изложил свою идею, так сказать, «на пальцах». Перефразируя его определение с богословско-философских позиций, правильнее было бы сказать, что свобода – это вольное («хочу») действие или действование («делать») ипостаси («я»).
Откуда это видно? В античной философии есть принятое православием учение о том, что каждой природе присущи свойственные ей действия или действования. Так, к примеру, человек по своей природе может ходить; говорить; он видим телесным образом; является существом умным и т.д. Но тогда всеми этими действиями или действованиями обладает и каждая человеческая ипостась.
Поскольку человек по своей природе способен ходить и говорить, то, следовательно, каждая человеческая ипостась обладает той или иной походкой и голосом. По своей природе человек видим и является существом умным, поэтому каждая человеческая ипостась обладает определенным складом ума и видима в виде определенного образа, который мы обычно и называем лицом. Хотя на самом деле то или иное лицо определяется не только видимыми внешними очертаниями, но всем вышеперечисленным: и походкой, и голосом, и складом ума и прочими отличительными действиями ипостаси.
Исходя из этого, можно сказать, что лицо – это природное (т.е. не вольное, а естественное) действие или действование ипостаси. Тогда по противоположности и получается, что свобода – это именно вольное действие или действование ипостаси. Где под последней разумеется как каждый отдельный индивидуум, так и сущность этого каждого индивидуума.
Почему так получается, и почему по противоположности – это можно легко уяснить себе из лексикона русского языка. Ведь каждый из нас по своей природе, естественно, имеет то или иное лицо. Но посредством своей свободы (т.е. уже не природного или естественного, а вольного действования) он может возвысить его до лика, но может превратить, извратить его и в личину. Как видим, здесь свобода (вольное действование) в некотором смысле противоположна лицу (естественному, природному действованию).
Этим проще объяснить и вот еще что. Дело в том, что под свободой мы обычно подразумеваем нечто нравственно положительное. Но если воспользоваться определением вышеупомянутого западно-европейского философа: «Делать то, что я хочу», — то под это определение подпадает не только свобода, но и своеволие, произвол, беззаконие и другие гадости. Что и реализуется сейчас на Западе под видом «свободы».
Как же отличить одно от другого? Думаю, проще всего это сделать исходя из понятия ипостаси. По свой нравственной сущности она бывает двух видов, как их определяет Священной Писание — ветхий человек и новый. Так, к примеру, ап.Павел заповедует христианам:
«А теперь вы отложите все: гнев, ярость, злобу, злоречие, сквернословие уст ваших; не говорите лжи друг другу, совлекшись ветхого человека с делами его и облекшись в нового, который обновляется в познании по образу Создавшего его, где нет ни Еллина, ни Иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, Скифа, раба, свободного, но все и во всем Христос. Итак облекитесь, как избранные Божии, святые и возлюбленные, в милосердие, благость, смиренномудрие, кротость, долготерпение, снисходя друг другу и прощая взаимно, если кто на кого имеет жалобу: как Христос простил вас, так и вы. Более же всего облекитесь в любовь, которая есть совокупность совершенства. И да владычествует в сердцах ваших мир Божий, к которому вы и призваны в одном теле, и будьте дружелюбны» (Кол.3: 8-15).
Тогда истинная свобода – это вольное действие (действование) ипостаси нового человека. Ибо последний, по слову Господа, в Таинстве Крещения «родится от воды и Духа… рожденное от Духа есть дух (Ин.3: 5.6), «а где Дух Господень, там свобода» (2 Кор.3: 17).
Зато вот вольное действие ветхого человека это не свобода, а своеволие, произвол, беззаконие и тому подобные суррогаты свободы, которые, как это было показано в предыдущей публикации («Качество свободы») на самом деле представляют собой самое обыкновенное рабство греху.
Наше последнее время характерно еще и тем, что это рабство и противопоставление суррогатов свободы, т.е. вольных действований, желаний делать то, что хочу, — противопоставление их естественным, природным действованиям, т.е. лицу, в буквальном и переносном смысле стирает само лицо. Что весьма ярко наблюдается, к примеру, в лице всех этих нынешних транссексуалов, трансгендеров, трансвеститов и тому подобных трансов!

Похожие статьи

Рекомендуем статьи по теме

Добавить комментарий

Получать новые комментарии по электронной почте. Вы можете подписаться без комментирования.

Следите за нами в социальных сетях

+