'

Вопросы священнику

Задайте интересующий вопрос прямо на сайте и получите ответ от священника

Полезные материалы

Как молиться иконе "Неупиваемая Чаша", чтобы близкий человек не пил

Икона Божией Матери "Неупиваемая Чаша" почитается Православной Церковью как чудотворная.

Об исцелении читают акафист свт. Луке Крымскому

О чтении акафиста святителю Луке (Войно-Ясенецкому)

Как просить помощи у святителя Николая Чудотворца

Молитва к святителю Николаю Угоднику, великому Чудотворцу

Как правильно читать акафист свт. Николаю Чудотворцу

Текст акафиста свт. Николаю на русском языке с ударениями

Спасибо что зашли на наш сайт, перед тем как начать чтение вы можете подписаться на интересную православную mail рассылку, для этого вам необходимо кликнуть по этой ссылке «Подписаться»

«Отче наш» – единственная молитва, переданная нам Самим Христом. Она также называется «молитвой Господней».

Текст

Отче наш, Иже еси на небесех!
Да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое,
да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли.
Хлеб наш насущный даждь нам днесь;
и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим;
и не введи нас во искушение, но избави нас от лукаваго. Аминь.

Перевод на русский язык:

Отче наш, сущий на небесах!
Да святится имя Твое;
Да приидет Царствие Твое;
да будет воля Твоя и на земле, как на небе;
Хлеб наш насущный дай нам на сей день;
И прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим;
И не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого.
Ибо Твое есть Царство и сила и слава вовеки. Аминь.

Мкона Спас 18в.

Спас Нерукотворный
Школа или худ. центр: Ростово-Суздальская школа
Первая половина XIV в.
Выставка 1960: Конец XIII в.
Антонова, Мнева 1963: Конец XIII в.
Ростово-суздальская живопись 1970: XIII в.
ГТГ 1995: Конец XIII — начало XIV вв.
Лазарев 2000/1: Первая половина XIV в.
89 × 70 см
Государственная Третьяковская галерея, Москва, Россия
Инв. 25540
Из церкви Введения в Ростове Великом,
куда попала из деревянной церкви на Борисоглебской стороне,
сгоревшей в начале XVIII века.

История

История возникновения молитвы «Отче наш» дословно описана в книгах Евангелия. Однажды, ученики обратились к Христу, прося научить их молиться (евангелие от Луки), в ответ Он произнес слова моления.

Полезные материалы

 

Время не сохранило текст на родном языке Христа, которым был галилейский диалект арамейского. Первые письменные источники передают нам молитву на «койне», одном из видов древнегреческого. «Отче наш» содержится в двух евангельских текстах (от Луки и от Матфея), причем второй вариант преподносит его в более развернутом виде, как часть знаменитой нагорной проповеди Господа.

Церковь употребляет об варианта моления. Один из древнейших источников – «Дидахе», датируемый первым веком н.э. содержит в себе текст из матфеевского евангелия. Признанные исследователи Священного Писания считают, что завершающее славословие молитвы («Ибо Твоё есть Царство, и сила, и слава во веки веков. Аминь») имеет ветхозаветное происхождение и было частью раннехристианской литургической практики.

Толкование

Текст «Отче наш» известен на всех языках мира и звучит уже два тысячелетия. Отец Александр Шмеман пишет —

«…те самые слова, которые когда-то произнес Сам Христос. И нет поэтому лучшего пути к уразумению самой сущности христианской веры и христианской жизни, как эта такая короткая и на первый взгляд такая простая молитва».

Тем не менее, понадобилось несколько веков напряженной работы богословской мысли, чтобы хоть немного исчерпать глубину этих, казалось бы простых слов.

Само название молитвенного текста начинается с абсолютно невероятного для всего мира того времени обращения к Богу: Отче наш. Самые разнообразные теории человеческого разума о Боге, нарекающие Его: Абсолютом, Первопричина мира, Господом, Вседержителем, Творцом мироздания, Мздовоздаятелем, – содержат в себе долю истину, но лишь слово «Отец наш», раскрывает нам суть учения о Богосыновстве, как близости к Нему, любви, радостной связи.

Христос дает нам бесценный дар – возможность узнать Бога и назвать Его Отцом:

«Сия же есть жизнь вечная да знают Тебя» (Ин. 17:3).

Обращение к Богу, как к Отцу, не просто начало, оно придает смысл всей остальной молитве, дает нам право обращаться к Богу с просьбой.

Христианство, преподнесенное нам Сыном Божьим, в своей самой глубокой сути – религия отцовства, она основана не на доводах рассудка или философских измышлениях, а на личном опыте любви, который мы ощущаем всю нашу жизнь.

Святые отцы Церкви выделяют в тексте молитвы семь прошений.

1-е прошение «Да святится имя Твое».

Почему должно святиться имя Господа, который и так свят и не нуждается в каком то дополнительном благе? Св. Киприан, говорит, что имя его должно, в первую очередь быть святым для нас, это наша просьба к Нему, сделать так, чтобы имя Его освящалось в нас, внутри нашей человеческой души.

По мысли св. Феофана Затворника, слово «святится», может также пониматься в контексте благоговейного почитания. То, что для нас свято мы окружаем особым почитанием. Итог молитвенной просьбы – реальное прославление Бога в земной жизни. Делая добрые дела, любя и ближнего, и врага, мы трепетно исполняем заповеди Божьи, а, значит, и почитаем Его святость.

Св. Кассиан пишет:

«священие Бога есть совершенство». Мы просим Господа сотворить нас такими, чтобы мы могли понять всю степень божественной святости и величия и открыть их в нашей духовной жизни. Исполнение такой просьбы возможно лишь тогда, когда другие люди «видят… добрые дела наши, и прославляют Отца нашего Небесного» (Мф.5, 16).

О. Александрр Шмеман говорит о том, что это прошение, одновременно, и крик о помощи человека, находящегося в состоянии подвига, именно так описывают святые отцы опыт духовного роста, когда на пути одолевает тьма, а за каждым взлетом происходит неминуемое падение.

Переживание священного не делает легче земную жизнь, полную недостатка любви и смысла, наоборот, прекрасное мимолетное «прикосновение к мирам иным», образ чистоты и блага познаваемый нами в молитвенных трудах, зачастую делает жизнь труднее, погружая человека в состояние внутренней борьбы. Но, только так человек способен исполнить свое истинное высокое предназначение.

2-е прошение «Да придет царствие Твое».

Св. Феофан Затворник видит здесь прямое указание на грядущее Царство Небесное или Царство Славы, которое наступит по всей земле после конца мира и страшного суда. Для того, чтобы молитва о наступлении его, была искренней, человек должен быть уверен в том, что он достоин перебывать в нем.

Царство Божие «здесь и сейчас» противопоставляется царству греха, которое должно быть искоренено в человеке. Тогда, уверовавший в Бога, предает себя ему, давая обещание вести чистую непорочную жизнь. Благодать, преподаваемая человеку в Таинстве крещения обучает его добру, укрепляет доброе начало, возрождает уже к новой, благой жизни.

Этим и прекращается царство греха и начинается подготовка к человека в Царству Небесному, в которое он должен войти совершенным в добродетели «как Отец наш небесный». Это второе царство – то самое царство благодати, о котором Господь говорит: «Царствие Божие внутри вас есть» (Лк.17:21).

Св. Григорий Нисский: в этом прошении призыв снять с нас власть греха и смерти, моление избавить нас от тления, Царствие Божие должно прийти, чтобы «обратились в ничто» царствующие над человеком страсти.

3-е прошение «Да будет воля Твоя и на земле, как на небе».

Несмотря на внешнюю простоту этого прошения, заключающегося в покорности человека воле Божьей и его желанию распространить ее по всей земле, исполнить эти слова очень тяжело.

По мысли о. Александра Шмемана, в третьем прошении заключается мерило личной веры человека, позволяющее отличить подлинную религиозность от фарисейства – зачастую, мы ждем исполнения своей, а не Его воли. За Христом ходили толпы народы, в том числе потому, что Он исполнял их волю, их просьбы и желания – утешал, исцелял, оказывал помощь. Но когда Господь начал преподавать Свою волю – учить самоотречению, любви к врагу, о том, что нужно отдавать жизнь за брата и учение это стало поистине трудной для исполнения, самой возвышенной из всех возможных этических систем, – подвигом, люди оставляют Его. Разве многократно требование распять Его звучит не потому, что Он не шёл на поводу у воли человека?

То, что было описано в Евангелиях, происходит и в наше время. Желание «простого» человеческого счастья зачастую преобладает над пониманием необходимости помощи ближним. Мы хотим от Бога, чтобы он помог получить земные блага, а в случает отказа, реагируем гневом и негодованием. Произнося слова прошения о наступлении Его воли, мы произносим и слова осуждения над нашей верой.

Суть прошения – в понимании, а действительно ли мы желаем Божьего

«и это прощение есть также проверка нашего желания и устремления в жизни: чего я хочу, что составляет главную, последнюю ценность моей жизни, где то сокровище, про которое сказал Христос, что где оно, там будет и сердце наше (Мф. 6:21)?» (о. Александр Шмеман).

Это и просьба к Господу о вразумлении, умении различать свои человеческие желания, преодолении ограниченности человеческого разума. Так мы просим: дай нам благодать захотеть того, чего хочешь Ты.

Святоотеческая традиция видела в этом прошении и моление об «уразумение воли Божьей». Произнося его, мы просим, чтобы «земное уподобилось небесному», в смысле уподобления человеческого бытия божественному ангельскому (святой Августин Блаженный).

4-е прошение «Хлеб наш насущный дай нам на сей день».

В переводе на русский, слово «насущный» означает необходимый для жизни, нужный каждый день. Первая часть прошений адресована Богу, выражая наши желания Ему, мы молимся о себе. Под «хлебом» здесь понимается не только пища, но и всё необходимое для полноценной человеческой, а значит, – духовной, душевной и телесной жизни.

Библейский смысл пищи не ограничивается только телесными представлениями. В Священном Писании, мир создан Богом, как райский сад и дан человеку в пищу, человеку заповедано обладать им, хранить и возделывать. Однако, нарушение заповеди о запретном плоде, когда человек решил, что отведав его, может стать как Бог, привело к обратным последствиям – он порабощается миру, а пища становится символом тлена и смерти. Теперь человек может умереть от голода. С приходом Христа, и спасение, и восстановление падшей человеческой природы, и прощение грехов, и само воскресение вновь связываются в Евангелии с пищей.

Слова Христа, искушаемого в пустыне дивалом, который предлагал Ему обратить камни в хлебы – «Не хлебом единым будет жив человек» (Мф. 4:4), по сути есть пример преодоления зависимости человека от одной только еды, замкнутого земного бытия, на которое обрек себя Адам. Так пища вновь обрела качества дара Божия, стала тем самым причастием Божественной жизни.

Многие святые отцы толкуют это прошение именно в евхаристическом смысле. Ибо Евхаристия с самого начала христианства – главное Таинство Церкви. Евхаристией – хлебом и вином, Причастием, повествованием о новой Божественной пище, завершается евангельское откровение о «хлебе насущном». Это также и прошение необходимого для жизни, но, так как мы просим у Самого Бога – «дай нам», то исповедуем веру в то, что Он – благодатный источник всего.

Блаженный Феофилакт пишет:

«Господь научает просить хлеба только «насущного», т.е., полезного для нашего существования и для поддержания жизни, отнюдь не лишнего, но необходимого. «Насущным» называет хлеб тот, который достаточен для сохранения нашего естества в силе. Словом же «день» устраняется забота о завтрашнем дне. – И тело Христово есть насущный хлеб, о неосужденном причащении которого нам должно молиться».

5-е прошение «Прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим».

Соединяет в себе прощение нам грехов Богом и прощение согрешений, против нас. По словам Христа:

«Ибо если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный; а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших» (Мф. 6:14—15).

Христианское понятие греха не исчерпывается категориями закона. Развод, например, вполне законное действие, как и аборт. Почему же они считаются греховными? О грехе мы узнаем от того опыта, который есть у нашей совести, она не просто некая врожденная способность человека, различающая добро и зло, но и таинственное явление.

Чем ближе к человеку Бог, тем сильнее в нем голос совести. Он и есть то самое чувство вины, находящееся глубоко в душе. Проблема не в том, что каждый человек рано или поздно грешит, нарушает законы или совершает нравственные проступки, а в том, что всё это принимается им в качестве самоочевидной нормы человеческой жизни. Совесть показывает нам всю степень нашей внутренней противопоставленности друг другу, разобщенности и вражды. Так как совесть – божественное качество, то, противное Господу, и нам причиняет боль, назойливое внутреннее беспокойство, идет и против нашей природы.

О. Александр Шмеман:

«Ибо подлинный закон жизни совсем не в том, чтобы только не делать зла, а в том, чтобы делать добро, и это значит прежде всего — любить, и это значит прежде всего — принимать другого, это значит осуществлять то единство, вне которого даже самое законное общество все равно становится внутренним адом. Вот это и есть грех. И о прощении этого греха – греха всех грехов — мы и молимся, молимся в пятом прошении молитвы Господней»

Согласно Тертуллиану, испрашивая себе прощения за грехи, мы, одновременно, и исповедуемся, то есть принимаем себя в своей падшей природе и желаем себе спасения. Прощение же согрешивших против нас, происходит согласно заповеди Христа, ответу Его на вопрос апостола о том, сколько раз нужно прощать согрешения: «не говорю тебе: до семи раз, но до семидесяти семи раз» (Мф.18,22). По слову св. Григория Нисского, Господь отпускает и разрешает нам наши бесконечные грехи, так и мы должны уподобится Ему в Его бесконечном милосердии.

6-е и 7-е прошения «И не введи нас во искушение», «Но избави нас от лукавого».

Это самое неоднозначно понимаемое прошение главной христианской молитвы.
Во-первых, оно ставит сложный богословский вопрос об источнике всевозможных искушений, которые мы все считает отнюдь не благими. Во-вторых, непонятно, о каком именно «лукавом» (в русском языке это прилагательное, а в церковнославянском более ясное «неприязнь») идет речь. В греческом варианте текста звучит «апо ту пониру», – от злого или от зла.

Любые попытки богословия, пытающиеся рационально истолковать присутствие зла на земле всегда неудачны и неубедительны, они всегда заканчиваются бессилием разума, такова была логика Ивана Карамазова, отказывающегося от счастья «построенного на слезинке ребенка».

Здесь и раскрывается смысл прошения. Зло существует для нас только, как искушение, оно приходит к нам в качестве сомнения – «разрушение веры, воцарение темноты, цинизма и бессилия в нашей душе» (о. Александр). В этом заключается его страшная разрушительная сила, оно влияет на нашу веру в добро, ставит под сомнения веру в Бога, искушением является даже сама попытка человеческой мысли обосновать его возможность.

Правильное христианское понимание зла заключается в том, чтобы не объяснять его и не оправдывать, так как оно не имеет самостоятельного бытия, а

«есть плод восстания против Бога, отпадения от Бога, отрыва от Подлинной Жизни и что Бог не объясняет нам зло, а дает нам силу бороться со злом и дает нам силу побеждать зло. И победа эта опять-таки не в том, чтобы мы поняли и объяснили зло, а в том, чтобы мы противопоставили ему всю силу веры, всю силу надежды и всю силу любви, ибо вера, надежда и любовь и есть преодоление искушения, ответ на искушение, победа над искушением и поэтому победа над злом» (о. Александр Шмеман).

Победа, одержанная Христом, вся земная жизнь которого состояла из потока искушений и была окончена страшной крестной смертью, дает нам основы понимания того, о чем мы молимся этим прошением – Он не дал ни одного объяснения злу и не делал попыток его оправдать, наоборот, Он противопоставлял злу реальные дела любви, веры и надежды. Господь показал, что со злом можно бороться и явил нам таинственную силу этой борьбы, о ней мы и просим Бога, когда говорим: «И не введи нас во искушение».
Это прошение о том, чтобы Бог дал нам благодать довериться Ему, как когда то доверился Сын Божий, чтобы наша вера победила все искушения.

Слова «избави нас от лукавого (злого)», его тоже не содержат объяснения, но открывают личный характер зла и говорят о том, что личность может быть его источником. Например, в мире нет сущности с названием «ненависть», но человек может страдать от личного его проявления, его жизнь может быть разрушена старстью.

Поэтому мы не просим избавить нас от абстракции, но от «злого». Именно, озлобленный, отошедший от Бога, человек становится источником зла в мире. О. Александр пишет:

«…быть может, именно тут, в этих словах о лукавом, и дается нам единственно возможное объяснение зла, ибо тут раскрывается нам оно не как какая-то безличная сущность, разлитая в мире, а как трагедия личного выбора, личной ответственности, личного решения.»

Возможность победы Христовой есть в каждом из нас, поэтому мы возносим прошение о себе, только в конкретной личности возможен выбор любви, личного доверия и надежды на Господа. Молитву «Отче наш» православные христиане читают в любых ситуациях.

Автор: Ксения Филина

(по материалам «Цикла бесед о Молитве Господней «Отче наш» протоиерея А. Шмемана и толкований святых отцов Церкви)

Похожие статьи

Рекомендуем статьи по теме

Добавить комментарий

Получать новые комментарии по электронной почте. Вы можете подписаться без комментирования.

Комментарии 5
  1. протоиерей Георгий Городенцев

    «Один из древнейших источников – «Дидахе», датируемый первым веком н.э.». Это у атеистов и неверующих имеется»н.э.», а православные говорят: «От Рождества Христова»; или сокращенно Р.Х.

  2. протоиерей Георгий Городенцев

    «Тем не менее, понадобилось несколько веков напряженной работы богословской мысли, чтобы хоть немного исчерпать глубину этих, казалось бы простых слов». Но верующему и любящему Бога сердцу православного человека глубина этих слов была и есть понятна те же самые 2000 лет.

    • Ксения

      Вы отрицаете, что богословы всех конфессий уже 2000 занимаются экзегезой этой молитвы?? И каким образом это связано с отсутствием или наличием у них христианского любящего сердца? Лично я бы не утверждала, что Лосский, к примеру, таковым не обладал.

  3. Misha

    К толкованию молитвы «Отче Наш» обращались многие богословы. Известны толкования Иоанна Златоуста , Кирилла Иерусалимского , Ефрема Сирина , Максима Исповедника , Иоанна Кассиана и других. Написаны и общие работы, основанные на толкованиях богословов древности (например, сочинение Игнатия (Брянчанинова) ).

  4. Ксения

    Тем не менее, отче. В научной литературе принято использовать именно такой вариант, ведь датировали Дидахе именно учёные.

Следите за нами в социальных сетях

+